Но тут мы видим только что вышедшее вот это – «Последний дар утраченного рая, поэзия русской эмиграции 1920-1940-х годов». И там все могло быть так, как я только что сказал: раз, и сборник. Вот только…
Эту книгу делала одна очевидно великолепная женщина – Оксана Вениаминовна Смирнова (кто, откуда – не знаю, просто имя). Да, и без Бунина и Северянина у нее не обошлось, хотя… а вы знаете, что сидевший у себя на даче в Эстонии Северянин оказался после революции за границей, то есть стал эмигрантом, не сдвигаясь с места, и вот так там и жил, и писал стихи – много писал – совсем не похожие на его прежнее громокипение? А тихие такие, задумчивые.
Но тут взяты его стихи из тихого периода счетом ровно три штуки. У Бунина – два стиха. А основную массу сборника составляют Василий Сумбатов, Раиса Блох, Арсений Несмелов, Валентин Горянский и еще десятки имен.
А кто это? Откуда взялись?
Но поначалу-то вы их просто читаете, и звучит… наверное, музыка — грустная, с оттенком изумления. Оказывается, их там, в эмиграции, было так много, и таких разных. И еще оказывается, они были не просто хороши, а как бы не лучше некоторых классиков того времени – хотя дело вкуса, конечно. Некоторые свой дар привезли с собой, но другие открыли его только за пределами Родины – и что тут удивительного, если ровно такое произошло с великим Набоковым, который, собственно, и описал это чудо в «Даре».
Но имена эти нам, повторю, неизвестны. Почему? Может, потому, что были они врагами Советской власти (хотя где она, эта власть, сегодня)? Кто-то – да, был. Вот хотя бы Арсений Несмелов: всю жизнь воин, участвовал в восстании юнкеров в Москве 1917-м, сражался под командованием Колчака, ушел в Харбин, а вот там – все плохо: снюхался с японцами, за что был арестован советскими органами после 1945-го и умер в камере. И вот его строки:
Всходит месяц колдовской иконой,
Красный факел тлеющей тайги…
Вне пощады мы и вне закона,
Злую силу дарят нам враги.
Хорошо, этот – злой, а вот тут чьи строки? Некто Владимир Смоленский:
А рядом мальчик черноглазый
Прислушивается, к чему –
Не знает сам, и роза в вазе
Бессмертной кажется ему.
Тоже из Добровольческой армии, уходил из Крыма, Но после того ни в какой войне и политике не участвовал, жил во Франции, был сначала рабочим, потом профессиональным и уважаемым литератором, умер в 1961 году.
Кстати, черноглазый мальчик – это он сам, с чудом сохранившейся семейной фотографии с отцом и матерью.
И вот тут у нас неизбежно возникает современная и остро политическая тема. А нужно ли нам сегодня, чтобы русская литература и прочая культура в очередной раз раскалывалась на эмигрантскую и отечественную? Может, она все-таки одна, при всей разнице позиций тех или иных творцов?
И хочется ли нам долго и нудно разбираться в том, кто и что и когда сказал, а кто молчал? Тут как не вспомнить, что буквально считанные единицы наших эмигрантов в 1941 году хоть как-то выступили на стороне Германии. Большинство – ровно наоборот, и не забудем, сколько наших было во французском Сопротивлении.
В общем, тема эта в политике очень скоро и неизбежно возникнет заново, и звучать эта музыка будет сильно не так, как пытались ее задавать некоторые радикалы в 2022-м.
А пока что спросим: но откуда я знаю, даже вкратце, биографии всех этих поэтов с совершенно незнаменитыми именами? А это та самая книжечка и та самая Оксана Вениаминовна Смирнова. Которая не просто сделала сборник во всем его великолепии, а еще и снабдила каждого поэта, на последних страницах, очень краткой биографией. И вот это превращает крошечный (по весу) сборник в великолепный труд. Потому что биографии – по сути каждая из них – это не просто сильно. Это портал в тот мир, который я лично совсем не знал, но как только соприкоснулся – он ожил, задышал, зазвучала та самая музыка.
И поскольку речь все время о музыке, то ведь вам знакомы эти строчки:
Вы, слова залетные, куда?
Здесь шумят чужие города…
А это Раиса Блох. Биография вот какая: она из Берлинского клуба поэтов (который был не слабее парижского), переводила на немецкий стихи Есенина и Ахматовой (а это вообще возможно ли? – но вот переводила). В 1943 году погибла в Освенциме.
Интересно, был ли знаком с ее биографией Александр Вертинский, который на цитированные выше строчки написал свою знаменитую «Чужие города»? Мог ведь ничего и не знать.
