Классики. Цитаты

Васькиного отца звали Пантелеем, а человеком он был особенным. Он очень любил курить, и за это его звали Длинным Перекуром. За глаза, правда, звали, но потом забыли его настоящее имя, привыкли к прозвищу. Курил Пантелей днём и ночью, курил в погоду и непогоду, курил за работой и на отдыхе;

На Киевском вокзале поели в ресторане горячей селянки. Теперь надо было покурить для полного кайфа. В табачном киоске продавали прежде невиданные жёлто-зелёные пачки половинного, на десять сигарет, размера — «Ароматные». Закурили «Ароматные» и подумали, что это как заграничные

Прочитавши «Тараса Бульбу», мы решили по примеру запорожцев закопать клад… Обшарив пустые, уже заколоченные на зиму дачи, мы… взобрались на глинистый обрыв и выкопали перочинными ножами небольшую нишу. Несколько дней мы таскали туда все, что попадалось под руку.

“Индейцы курят табакус”. Из дневника Христофора Колумба   Советские граждане тоже курят табакус. Многие из них, зачастую ответственные работники, прямо-таки обожают это зелье. Даже некоторые товарищи вовлечены в курение. Необходимо заметить, что по линии табака, как любят выражаться в экономических

У Ивана Ивановича большие выразительные глаза табачного цвета и рот несколько похож на букву ижицу; у Ивана Никифоровича глаза маленькие, желтоватые, совершенно пропадающие между густых бровей и пухлых щек, и нос в виде спелой сливы. Иван Иванович если попотчивает вас табаком, то всегда наперед лизнет

…Табаком и сигарами мы тоже были хорошо снабжены различными фирмами, как норвежскими, так и иностранными. У нас было столько ящиков, что каждую субботу вечером и в воскресенье днем можно было выдавать каждому по сигаре. …Проходя проливом Пентланд-ферт, мы встретили здоровенный свежий северный ветер…

Не курил 12 лет, и все это время ему хотелось курить… Муки человека, бросившего табак… И так в жизни мало радостей. Жаль благородного занятия, чисто мужского и мужественного.

Существует и еще одна особая разновидность взломщиков; зовутся они „тяжеловесами“ и занимаются не квартирами, а магазинами. Занятие это и впрямь тяжелое, исполненное многих сложностей и большого риска. Крупные магазины (особенно меховые и ювелирные) охраняются весьма тщательно, находятся под неусыпным надзором милиции.

Его всегда можно было видеть в коридоре, где он курил, подпирая стену плечом. В его позе было безмятежное спокойствие, что, конечно же, не нравилось сослуживцам, пробегающим мимо. Он стоял и курил, а его взгляд скользил вдоль стены в бесконечность. Плечо пиджака его вечно было в мелу, благодаря все той же стене.

Холмс… закурил трубку, Фандорин сигару… – Не пора ли приступить к «мозговому штурму»? – спросил я Фандорина… Японец коротко взглянул на своего патрона, тихо поднялся и вышел, как будто не желал присутствовать при обсуждении… – Что же вы предлагаете, сэр? Можете ли вы изложить свой план действий?