Лето. Берег реки. Воздух густой от жары, вода лениво переливается в лучах заката. В тени раскидистой ивы сидит человек. В зубах – сигара. Дым стелется шлейфом, смешиваясь с запахом влажной травы.
Вдруг – всплеск. Из воды показывается бобер. Мокрый, шумно дыша, он плывет к берегу, будто тащит за собой все тяготы дня. Выбравшись на камни, замирает, смотрит на человека. Глаза – черные бусины, усталые и равнодушные.
Человек медленно выдыхает дым. Бобер шевелит усами, нюхает воздух. Табак, дуб, речная тина – странный коктейль. Они молчат. Бобер – потому что ему нечего сказать. Человек – потому что все слова кажутся лишними перед этой простой усталостью живого существа.
Сигара догорает. Бобер, отряхнувшись, разворачивается и скрывается в воде. Человек смотрит на пепел. Что их связывало? Миг. Лето. Усталость.
И река, которая унесет и дым, и бобра, и этот вечер – куда-то дальше.
Григорий Ломачев,
руководитель Ржевского отделения РСС
