Я сначала недоумевал. А потом поймал себя на том, что сам в тысячный раз смотрю «Семнадцать мгновений…» и с умилением жду любимую фразу Штирлица:
«Трудно стало работать. Развелось много идиотов, говорящих правильные слова».
Вот вам правда: мы пересматриваем старое кино потому, что в жизни слишком много плохого нового. Слишком много неожиданностей, дурных новостей, запретов, отмен и всеобщего помешательства. Ты просыпаешься – и не знаешь, какие еще «сюрпризы» нам готовят. Ложишься спать – и не знаешь, что прилетит ночью. А в старом кино – все известно. Там нет плохих новостей, там хорошие – хорошие, плохие – плохие, и в конце обязательно победят первые. Или не победят, но ты это уже знаешь.
Старый фильм – это как старый плед, в который кутаешься, когда на улице холодно. Он уже некрасивый, его давно пора выбросить, но он греет. Он твой. Он помнит, как ты смеялся над этой шуткой 15 лет назад, как переживал на этом месте, когда был молодым и глупым. И теперь ты смеешься и переживаешь там же – не потому, что не помнишь, а потому, что хочешь снова почувствовать себя тем прежним: молодым, свободным, наивным, когда мир еще не научил тебя бояться.
И еще, знаете, есть в этом какая-то особая лень души. Новый фильм требует внимания. Надо вникать в сюжет, запоминать лица, разбираться, кто кому кем приходится. Прислушиваться к диалогам с повсеместно ужасной звукорежиссурой. А старый – он как друг, которого не надо развлекать. Он сидит рядом, бормочет знакомые фразы, а ты можешь думать о своем, можешь отвлечься на чай, можешь уснуть в середине – и ничего не потеряешь. Потому что потерять там нечего. Все уже сохранено в тебе.
Вот почему мы регулярно пересматриваем «Гарри Поттера». Вот почему фильмы Гайдая и Данелии знают наизусть. Люди ищут стабильности и предсказуемости, где ничего не меняется и все заканчивается хорошо. А в жизни, как назло, хорошо не гарантировано. И даже не обещано.
Поэтому я включаю своего лучшего в мире Холмса и Ватсона (Ливанова с Соломиным), смотрю, как они раскрывают преступления в рижском Лондоне, и чувствую: здесь хотя бы порядок. Я знаю, кто убийца, с первой минуты. Но все равно смотрю. Потому что это единственная в мире вещь, которую я точно знаю. И не хочу никаких других новомодных сериалов про Шерлока.
Так что смело включайте свое старое, любимое, заезженное до дыр – кутайтесь в плед посреди неуютного мира. И это не глупость. Это выживание.
Иван Федотов,
Клуб резервистов
