Ф.М. Достоевский и табак

Ремарки
Ф. Достоевский много курил. Этот деликатный факт не известен широкой публике. Вторая жена писателя Анна Сниткина вспоминала, что, когда она первый раз пришла на квартиру стенографировать, то обратила внимание на то, как много курил писатель, часто гася папиросу и начиная следующую. Он и девушке предложил закурить, прося не стесняться

Ф. Достоевский много курил. Этот деликатный факт не известен широкой публике. Вторая жена писателя Анна Сниткина вспоминала, что, когда она первый раз пришла на квартиру стенографировать, то обратила внимание на то, как много курил писатель, часто гася папиросу и начиная следующую. Он и девушке предложил закурить, прося не стесняться, — многие девушки 60-х годов ХIX века курили, видя в этом признак эмансипации. Но будущая жена писателя решительно отказалась, сказав, что не любит курящих дам. При дальнейшем общении Анна Григорьевна заводила разговоры о том, что много курить вредно.

  — Я тут плохой судья, я сам много курю.

  — Но ведь это же вредно для здоровья?

— Конечно, вредно, но это – привычка, от которой трудно избавиться.

  Будущая жена приняла эту особенность писателя и не боролась с ней, как и с другой более опасной  привычкой, — страстью к игре.

  Мы не знаем, когда писатель начал курить, возможно, что еще в молодые годы. Но думается, что тяжелые жизненные испытания – заключение в тюрьме, гражданская казнь, каторга, ссылка могли – сделать эту привычку более сильной.

  Интересно, что писатель курил при напряженной умственной деятельности, когда писал свои произведения, редактировал тексты или диктовал их. Для него курение – это не приятное расслабление после обеда (хотя не значит, что он не позволял себе выкурить папиросу после обеда).  Папиросы для писателя – это необходимый атрибут работы, как и, например, стакан крепкого чая. Ф. Достоевский, когда писал, попивал чай из почти холодного самовара и курил одну папиросу за другой, стряхивая пепел в бронзовую пепельницу.  Поэтому на его большом столе  в кабинете наравне с пачкой бумаги и пером стоял ящик с табаком да коробка с гильзами и ватою. Писатель сам набивал папиросы, используя для этого вставку для пера.

  Мемуаристы отмечают, что Ф. Достоевский часто не докуривал до конца папиросу, тушил ее и начинал следующую. В этом прослеживается стремительная увлеченность разговором или мыслью,  при которой важно не само курение, а то, что это – необходимая часть творческого процесса.

  Какие же папиросы предпочитал писатель?  В. Тимофеева, корректор в типографии, где печатался журнал «Гражданин», выходивший в 1873-1874 годах под редакцией Ф. Достоевского, вспоминала, что Федор Михайлович попросил ее, вынимая из кармана кошелек: «Сделайте мне божескую милость, возьмите вот этот рубль и купите мне где-нибудь по дороге коробочку папирос-пушек, если можно, Саатчи и Мангуби или Лаферм, и спичек тоже коробочку, и пришлите все это с мальчиком».

  Табачная фабрика «Саатчи и Мангуби» была основана в  1868 г. караимами, выходцами из Крыма. Вскоре единоличным ее владельцем стал Давид Мангуби, купец второй гильдии. Самыми популярными сортами папирос были «Султан», «Пальма», «Голубка», «Египетские». Это была одна из лучших табачных фабрик, об этом свидетельствовали  престижные награды в Вене, Париже, Стокгольме, а потом фирма стала поставщиком Двора Его Императорского Величества. Поставщиком двора была и фирма Лаферм. Эти фабрики выпускали табак и папиросы только  лучшего качества, именно их и предпочитал Ф. Достоевский.

  Надо сказать, что, несмотря на бедность и скудность своей жизни, а может как раз из-за этого,  Ф. Достоевский  любил хорошие вещи. Так, он любил использовать хорошую писчую бумаги, покупал дорогие конфеты и любил вещи изящные и хорошего качества. Неудивительно, что лучший турецкий табак, лично  набитый в гильзы, он предпочитал всякому другому.

  Семья Ф. Достоевского была связана с табаком и другим способом. В 1860-е годы  у М. Достоевского, старшего брата великого писателя, была собственная табачная фабрика. У него «дело шло не дурно, — пишет мемуарист. – Его папиросы с сюрпризами расходились по всей России». Для привлечения покупателей в пачки сигар раскладывались сюрпризы – перочинные ножики, ножницы, бритвы. Одновременно с табачным бизнесом брат писателя в 1860-х годах перевел на русский язык один из романов В. Гюго, а также издавал вместе с Ф. Достоевским журнал «Время».

  Однако ни журнальное, ни табачное дело не принесли М. Достоевскому значительных доходов. После его внезапной смерти в 1864 году в семье осталось всего триста рублей, на которые фабриканта и переводчика и похоронили. Уплату долгов брата (около двадцати пяти тысяч) и содержание его семьи взял на себя Федор Михайлович. Долги брата с процентами он выплачивал 13 лет. Из них две тысячи долга  были компаньону брата по табачному бизнесу – немецкому коммерсанту Гинтерштейну, который как раз поставлял ножи и бритвы. Векселя на эту сумму были выданы  непрактичным  и доверчивым писателем жене фабриканта, которая уверяла, что был долг на эту сумму без всяких расписок. Это странно, ведь брат писателя перед смертью уверял семью, что полностью расплатился с Гинтерштейном. Но Ф. Достоевский поверил на слово.

  Сам же предприниматель не был таким великодушным с писателем. За долги он  хотел описать его имущество и даже посадить в долговую тюрьму. Только активное и остроумное вмешательство энергичной жены писателя Анны Достоевской спасло ситуацию. Она сказала, что квартира снята на ее имя, мебель взята в кредит, а она посоветует мужу отсидеть  весь срок в долговой тюрьме (ему это не в новинку), тем самым долг спишется полностью (такие раньше были правила), а торговец ничего не получит. Пришлось Гинтерштейну согласиться на отсрочку платежа.

  Во многих воспоминаниях о Ф. Достоевском есть сцен курения. В. Тимофеева замечает: «Он курил, — он всегда очень много курил, — и мне видится до сих пор его бледная и худая рука… видится, как рука эта тушит докуренную толстую папиросу, — и жестяная коробка из-под сардинок, поверху наполненная окурками его “пушек”». (Банка из-под сардин использовалась вместо пепельницы, разумеется, в типографии, а не дома.) Один из гостей Достоевского также отметил: «Он сидел перед маленьким письменным столом… набивая свои толстые папиросы, курил их одна за другою…» При этом набивал себе папиросы-пушки из желтой маисовой бумаги.

  А теперь о неприятном. У Федора Михайловича было много заболеваний, самое страшное из которых – эпилепсия,  приступы которой были довольно часты и мучительны. От этой наследственной болезни умер маленький сын писателя. Но сам писатель умер от эмфиземы легких. Эмфизема легких — это заболевание, возникающее при развитии повышенной воздушности легочной ткани. Из-за уменьшения количества альвеол нарушается процесс обмен кислорода и углекислого газа, возникает дыхательная недостаточность. Самая  распространенная причина  возникновения этого  заболевания —  курение.

  У Ф. Достоевского заболевание стало проявляться постепенно: частые простуды, отдышка. Он лечился:  в России —  сжатым воздухом, в Германии —  пил целебные воды. На какой-то период ему становилось лучше, но болезнь прогрессировала. Ситуация осложнялась бронхиальной астмой писателя. Ему были противопоказаны волнения, физические нагрузки и курение. Но курить он не  бросил. В январе 1881 года у писателя пошла горлом кровь — порвалась легочная артерия, на 59-м году жизни он скончался.

  Папиросы сопровождали писателя всю жизнь до смерти. Поразительный факт — в музее Ф. Достоевского в Санкт-Петербурге  храниться коробочка папирос,  на которой  одиннадцатилетняя дочь писателя  Люба  сделала запись: «28 января 1881 г. умер папа».

Ольга Федорова,

главный смотритель Музея Смольного


Оцените статью