Сенаторы, депутаты, представители исполнительной власти, руководители региональных администраций, деятели культуры и искусств, писатели, поэты, музыканты – все читали стихи. И стихи Пушкина, и стихи свои, и стихи друг друга.
«Мы никогда не проводили вечеров, посвященных литературным персонажам. Все наши сигары — это сигары известных брендов или именные сигары в честь известных персон нашей страны — в том числе и тех, кто сегодня находится в этом зале. Это первое исключение. Здесь собрались те, кто делает не только политику страны, но и ее культуру, в том числе и культуру сигарную. Сигары «Евгений Онегин» — сегодня одни из лучших в России. Это заявка на возрождение славы русской сигары. Напомню, что во второй половину девятнадцатого века Россия выпускала 186 миллионов сигар в год, и это были лучшие сигары Европы», — сказал Андрей Лоскутов, президент Российского сигарного союза.
Представляя гостей вечера, Андрей Лоскутов вместо визитной карточки показывал книги, выпущенные гостями этого вечера:
Сергей Калашников, сенатор.
Сергей Катасонов, депутат Государственной Думы.
Андрей Туманов, депутата Госдумы,
Кирилл Андросов, президент Аэрофлота.
Ольга Елисеева, историк.
Леонид Жуховицкий, классик советской и российской литературы.
Борис Родионов, исследователь русского винокурения и создатель настоящей русской водки.
Эркин Тузмухамедов, автор исследований по крепкому алкоголю.
Яна Акулинина, поэтесса.
Владимир Вишневский, поэт.
Виктор Ерофеев, писатель.
Александр Иваницкий, профессор, пушкинист.
Алексей Алехин, поэт, прозаик, издатель.
Дмитрий Косырев, писатель.
И это далеко не все участники вечера. Сигарно-алкогольным вкладом в этом вечер стали напитки — полугар и цимлянские вина (они упомянуты в «Евгении Онегине»), а сигарой вечера стала витола, выпущенная специально к этому событию — сигара от фабрики Siglo de Oro – «Евгений Онегин № 6».
«Это необычная сигара, — сказал, представляя ее, Артур Шиляев. — С самого дня выхода линейки «Евгений Онегин» мне постоянно задавали один и тот же вопрос – есть «Евгений Онегин» № 1, 2, 3, 4, 5, 7, 8, а № 6 нет – почему? Мы никогда не выпускали номер шесть. Меня спрашивали — когда? И вот этот вечер – самый лучший повод для появления новой сигары. Вы ее сегодня попробуете, после чего она опять исчезнет. Она выпущена специально к 190-летию Евгения Онегина».
Татьяна Пушкина: «Звонок Андрея Лоскутова застал меня врасплох — много работы, но мои коллеги сказали — на такое событие надо ехать, отложив все свои дела. Не поверите, честное слово, друзья, я сегодня весь день мурлыкала: «Что день грядущий мне готовит…» — весь день был посвящен этому интересному событию. И могу добавить, что вечер меня нисколько не разочаровал».
Официальную часть вечера открыл профессор, доктор, известный исследователь Пушкина и Гоголя – Александр Иваницкий. Он прочел лекцию, посвященную исследованию первой главы романа «Евгений Онегин».
Напитки онегинского тожества, представил знаток алкоголя Эркин Тузмухамедов: «Если бы Пушкин дожил до наших дней, он бы получал огромное количество денег. Потому что сейчас платятся бешеные деньги за упоминание где-то какого-то бренда. В «Евгении Онегине» упоминается четыре бренда шампанского, в том числе Цимлянское. Теперь это называется продукт плейсмент. В моей последней книжке я упоминаю Пушкина в главе про ром. Любимый напиток Пушкина был жженка – это напиток, сделанный из рома. Жженку Пушкин любил, няня Арина хорошо варила жженку. Еще есть такой момент в «Евгении Онегине»: чем занимался старый барин у себя в имении? – мух давил! Мы думаем, что он гонял мух мухобойкой. Но это не так. Муха – совершенно забытая емкость, в нее вмещается всего пять миллилитров. И барин давил эти маленькие емкости, то есть пил».
После представления сигары, напитков, лекции Александра Иваницкого, дуэта скрипачей начали выступать и сами гости. Первым микрофон взял Владимир Пресняков-старший, которому в этом году исполняется 70 лет. Российский сигарный союз готовит в 2016 году именную сигару «Владимир Преняков-ст.», тридцатая именная сигара России, которые вот уже семь лет выпускаются в рамках национального сигарного проекта «Великие имена – великие сигары».
Владимир Пресняков-старший: «Хоть я и бросил курить, но признателен за то, что появится такая сигара, названная в мою честь. И я торжественно заявляю, что обязательно выкурю, как минимум, одну сигару. Займусь самосожжением (смеется). Вас всех хочу поздравить с сегодняшним днем. «Онегин» — замечательные сигары и названы замечательно. И лекция, которую мы сейчас прослушали, — настолько была интересна! Вы все замечательные люди, и я буду рад каждый раз, как вы собираетесь, стремиться быть среди вас».
Владимир Вишневский, поэт: «Я приветствую мой самый любимый союз — сигарный. Я повторяю, что мы все – люди с разными членствами, и открытий много видели с разными учредителями, но самый приятный, реальный и бесспорный клуб в Москве – Московский сигарный клуб. Всем женщинам, которые присутствуют здесь, я посвящаю пушкинскую строку, за которую я заплатил биографией и судьбой: «На этот раз тебя зовут Татьяна…»
Виктор Ерофеев, писатель: «Совершенно не случайно эта новая сигара названа в честь Евгения Онегина, потому что так или иначе мы снова переживаем время, когда герой в самом лучшем своем состоянии испытывает тоску по свободе не частной, а общей. И когда эта свобода не получается, тогда он уходит в свою частную свободу. И, в общем, открывает такой бабский век, когда покорить Татьяну с Ольгой важнее, чем устроить революцию, потому что она невозможна, хотя, может быть, и нужна.»
Помимо онегинского алкоголя на этом вечере гости угощались и Полугаром, представленный Русланом Брагиным и Борисом Родионовым.
Борис Родионов, исследователь, автор трех книг по истории русской водки, создатель Полугара, владелец компании «Родионов с сыновьями»: «Здесь люди удивительные, искрометные. Я рад быть среди вас. Когда я угощаю людей Полугаром, я говорю: «А вот представь себе, что именно этот напиток пил Пушкин, потому что водки не было в те времена, а знать пила именно вот эти напитки, именно этот Полугар». Я подозреваю, что Онегин тоже пил его, если не шампанское, если он нисходил до чего-нибудь родного русского. Так что мы приобщаемся…».
Сергей Калашников, сенатор: «Я всегда с большим скепсисом относился к фразе «Пушкин – наше все», как-то я не очень понимал, что это «все» и «что туда умещается». Так получилось, что я достаточно в большом возрасте впервые попал на оперу «Евгений Онегин» в Большом театре. И там я понял… Я – человек, воспитанный в такой вот послевоенной, дворовой культуре, вдруг увидел, что, опера очень близка к тексту Пушкина, но главное не это, опера вся состоит из крылатых выражений. Можно приводить их до бесконечности, но практически каждая строка «Евгения Онегина» — крылатое выражение, вошедшее в наш обиход на самом нижнем уровне культуры. Это поразительно. После этого я убедился, что Пушкин – наше все, а «Евгений Онегин» – безусловно, национальный герой № 1.»
Вилли Токарев: «Я хочу высказать свое восхищение, что нахожусь в такой удивительной компании образованных людей, тем более курящих сигары. Спасибо большое Андрею Лоскутову и Артуру Шиляеву за то, что пригласили меня, чтобы я сейчас увидел всех вас и чему-то научился. Хочу сказать, что я курю сигары очень давно, 40 лет. Сигара не мешает, сигара помогает жить! И писать. Сегодня всем вам я хочу прочесть стихи, написанные к сегодняшнему вечеру:
К нам на деревенской телеге
Приехал Евгений Онегин.
Побудет у нас он временно,
Без Татьяны, она беременна.
И Пушкин сегодня у нас,
Сидит он, жует ананас.
Онегин сегодня гуляет и
Пушкина вдохновляет.
Мечтает он Путину руку
Пожать как вождю и как другу.
Свою именную сигару
Он с Пушкиным курит на пару.
Спасибо, Артур и Андрей,
С сигарой мы станем бодрей.
С днем рождения, Евгений Абрамович!»
Андрей Безруков, советник президента «Роснефти»: «Сегодня мы ведем речь о Пушкине, о «Евгении Онегине». Языки живут в памяти в разных местах: русский – в одном, английский – в другом. И они не пересекаются. И если долгие годы на языке не говорить, как мы, когда 20 лет прожили в Америке, работая разведчиками, то, вернувшись в Россию, два слова связать не могли. Вроде бы, все понимаешь, смотришь человеку в глаза, а ответить не можешь. Но учительница литературы посеяла в меня «Евгения Онегина» так, что фразы оттуда в течение многих лет всплывали, независимо от того, на каком языке я говорил. Они жили отдельно, и иногда я просто ходил, мурлыкал себе что-то, но вслух сказать не мог, не получалось. А где-то там все это живет. Я всего «Онегина» наизусть знал. Но в памяти это произведение встает какими-то блоками, потом забывается, потом опять появляется».
Леонид Жуховицкий, классик советской и российской литературы: «Я глубоко некурящий человек, больше года вел колонку на Большой русской сигаре «Жизнь без сигар«. Трудно говорить в такой курящей аудитории. Еще труднее говорить после великолепного выступления молодого человека — Вилли Токарева (ему 82, а мне — 85!), который пел нам свои замечательные песни. Я хочу поблагодарить всех, кто придумал этот замечательный вечер, это празднование дня рождения Евгения Онегина. На мой взгляд, это одна из самых важных дат в истории нашей страны и нашего народа.»
Очередная музыкальная пауза — известнейший российский степ-танцор, однофамилиц Вячеслава Кирсанова, создателя сигарного бренда Kirsanoff Владимир Кирсанов: «Я очень горжусь тем, что знаком со Славой Кирсановым, тем, что знаком с его сигарами. Я, конечно, не удостоен своей сигарой, но тем не менее, приобщился к такому высокому и замечательному искусству, как сигарокурение, к искусству общения, умения слушать друг друга и что-то говорить. Наверное, я прикасаюсь к «Евгению Онегину» и Пушкину тем, что «ножкой бью…». Этот танцевальный жанр, в котором я выступаю, прекрасен еще и тем, что его называют поэтично «музыкой туфель». Действительно туфли – это как музыкальный инструмент.
Андрей Туманов, депутат Госдумы: Вопрос к залу. Кто-нибудь любит Государственную думу? Мы любим Вишневского, любим Токарева, любим поэзию. А Думу не любит никто. А мы там работаем. Приходится как-то в этом окружении пытаться что-то делать. А политика дело такое – темное. Все тут читали стихи, я тоже решил прочесть в стиле Вишневского.
Смеется горько судьба-змея,
Вновь избран папа –
Опять не я.
Сергей Катасонов, депутат Госдумы: «Я посоветую тем, кто очень любит курить, надо терпеть. Я неделю назад был в Оренбурге, откуда я родом, и единственная сигара, которая в дефиците и расходится моментально – это «Евгений Онегин». Мне объяснили, что после ее презентации начался такой ажиотаж.»
Татьяна Пушкина: «Вы представляете, что мне с рождения дано такое сочетание – Татьяна Пушкина. И любой человек, общающийся со мной, от меня априори что-то ожидает. Да, та самая Татьяна. Я уже не могу с этим ничего сделать. Всю свою жизнь, если угодно, провожу между двумя вопросами, на которые реагирую с разными эмоциями. Первый – «Не родственница ли А.С. Пушкину?», я отвечаю — «К сожалению, нет», и второй – «А не сестра ли вы Оксаны Пушкиной?» – я отвечаю — «К счастью, нет».
Алексей Лавров, заместитель министра финансов РФ, руководитель Министерского сигарного клуба, первый вице-президент Общества дружбы с Кубой: «Я думаю, что Министерство финансов – то ведомство, которое не любят даже больше, чем Государственную думу. Со свойственной нам дисциплинированностью, бухгалтерским подходом, безусловно мы можем решить поставленную Вилли Токарев в его песне задачу – «прокутить, прогулять и протранжирить», но при этом ничего плохо не произойдет, потому что все мы знает: «Почему не нужно долларов ему, когда простой продукт имеет». А простых и даже очень простых продуктов в России всегда было очень много, даже с избытком. А благодаря авторам бренда «Евгений Онегин» у нас есть совсем непростой продукт, который укрепляет нашу экономическую мощь. И надо отдать должное названию этого бренда, потому что оно следует традициям, как принято называть марки сигар литературными героями – «Ромео и Джульетта», «Монтекристо». Теперь и у нашего литературная героя есть наша русская сигара».
Олег Кувшинников, вице-губернатор Вологодской области: «Если говорить о вологодской поэзии, все знают великих поэтов-вологжан, ну и великие строки, которые родились на Вологодской земле:
Тихая моя родина!
Ивы, река, соловьи…
Мать моя здесь похоронена
В детские годы мои.
Это Николай Рубцов.
Но вечер посвящен «Евгению Онегину», Пушкину. Есть одна вещь, в которой я ни с Пушкиным, ни с его романом не согласен. Есть одна очень интересная фраза про женщин: «Едва ль найдешь в России целой две пары стройных женских ног». И с этим я не согласен, поэтому тост мой таков. Пушкин, конечно, велик, но наши женщины самые великие в мире. За Пушкина, за наших женщин и за их стройные ноги!»
Из архива Российского сигарного союза
